http://francexvii.rusff.me/ Французский роман плаща и шпаги ru-ru Tue, 18 Aug 2026 07:34:37 +0300 MyBB/mybb.ru http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76169#p76169 <p style="text-align:center;"><a href="https://sixchat.rusff.me//" rel="nofollow" target="_blank"><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/001c/c4/83/2/t163193.png" alt="https://upforme.ru/uploads/001c/c4/83/2/t163193.png" /></a></p> <p><a href="https://sixchat.rusff.me/viewtopic.php?id=11&amp;p=23#p11388" rel="nofollow" target="_blank">https://sixchat.rusff.me/viewtopic.php? &#8230; =23#p11388</a></p> mybb@mybb.ru (La Gazette) Tue, 18 Aug 2026 07:34:37 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76169#p76169 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76168#p76168 <p>- Я же вам рассказывала, - Эмили иногда удивлялась, что кто-то может не помнить важных вещей, но потом вспоминала, что не у всех такая тренированная память, как у нее. - Хотя это было давно, конечно. Как дядя встречался на острове Ре с инженером. Они говорили о том, что дамба… ну, должна быть неисправна. Вы мне сказали еще тогда: «Если станет известно, что вы были очевидцем этого разговора, на стороне слушающего - это гибель, быстрая и окончательная.» Вот этого человека, Левассера, я тут и встретила. Он служит герцогу Анри, тот послал его сделать какие-то чертежи, то ли чтобы перестроить отель, то ли ремонт сделать. И Левассер тут измерял что-то, ямы какие-то копал. Я его сразу узнала, даже хотела проследить за ним - мало ли что. Но он оказался хорошим человеком, а что с моим дядей дело имел - люди же меняются. А он меня не узнал, ну так я тогда была Франсуа, и в сторонке сидела. Я, конечно, ему не напоминала. Но… он подходит под описание аббата. Очень.</p> <p>Эмили споткнулась о попавшийся на дороге камешек и покрепче схватилась за руку мужа. День был все такой же солнечный, и улица все такая же оживленная, но для мадам де Бутвиль все как-то помрачнело: неужели Левассер окажется предателем и подлецом? А как же маленькая Жанна? И новые дивные города, которые он построит далеко за океаном, в Новой Франции?</p> mybb@mybb.ru (Эмили) Mon, 17 Aug 2026 20:57:26 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76168#p76168 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76163#p76163 <p>Холодок в голосе графини отрезвил Джайлса и он мысленно отругал себя за неосторожность. Меньше всего ему хотелось выглядеть человеком, который ставит под сомнение авторитет ее супруга. Хотя он в жизни не видел этого супруга, но ведь тот и правда не захотел разбираться в делах жены, а ведь это было его прямой обязанностью.&#160; &#160; </p> <p>— Как скажете, Эмили. Никаких тайн, — миролюбиво согласился англичанин, почтительно склонив голову. — Я сочту за честь оказать вам эту услугу. Открыто и честно. </p> <p>Когда они подошли к нужному зданию, Броутон окинул его внимательным, цепким взглядом. Дом выглядел странно. Словно что-то скрывал, если конечно там можно говорить о предмете архитектуры. Хотя может Джайлс все это придумал. Но все же ни одного открытого окна и это в такое время года, когда и без того темно. А может быть там никто не живет? Да нет, крыльцо прибрано.</p> <p>Эмили уже стучала в дверь, а Броутон нашел недалеко от входа какую-то пустую бочку, положил на нее свой огромный сверток с книгам и оставил служанку графини за ними приглядывать, пока они навестят господина Пельрена. Свободные руки в таком сомнительном месте, вполне могли пригодится.</p> <p>Дверь отворила девица и взгляд молодого человека задержался на ее лице. Юная, растерянная провинциалка со ссадиной на подбородке совершенно не вязалась с мрачным, наглухо зашторенным фасадом. А уж когда из глубины дома раздался сварливый окрик старухи, больше похожей на ожившую гравюру про ведьминский шабаш, Джайлс немного напрягся. Девушка явно была новенькой, неопытной, и выходило, что кто-то совсем недавно поменял часть прислуги. А куда делась старая? Увидела, что-то лишнее? Ох, Джайлс ну ты и насочинял...</p> <p>— Да, мы к нему, — отозвался Броутон, заслоняя собой Эмили и чуть выдвигаясь вперед, чтобы в случае чего оказаться между графиней и обитателями этого странного жилища. — У нас к нему важное дело, и мы хотели бы увидеть его лично.</p> <p>Англичанин переглянулся с графиней и тихо добавил:</p> <p>— Если хотите, я бы мог пойти дальше один...</p> mybb@mybb.ru (Джайлс Броутон) Mon, 17 Aug 2026 08:52:49 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76163#p76163 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76153#p76153 <p>Щеки Исабель побледнели - но не от страха, а от гнева. Она отлично поняла, как их провели, и ей это очень не понравилось. Эх, вот бы быть мужчиной, - как было бы приятно сейчас вонзить свой кулак в тот уродливый выступ на физиономии дона Лукаса, который он называл &quot;носом&quot;!&#160; <br /> Определив в нем зачинщика, девушка немедленно прониклась к нему сильнейшей неприязнью, перетекающей в ненависть.&#160; Ну, уж он за это поплатится! <br />Но прямо сейчас никакой способ избежать сомнительного гостеприимства ей в голову не приходил. Не оставаться же из упрямства ночевать под открытым небом. Эдак, чего доброго, и впрямь нагрянут разбойники. Исабель не была уверена, насколько можно полагаться на своих самозваных &quot;кузенов&quot;, к тому же она заметила у одного из них болезненную гримасу и вспомнила, что он ранен. А явившихся молодчиков было больше, и они все были здоровы. Ладно же, она им еще покажет! <br />Этот негодяй, дон Иньиго, вроде так, еще убедится, что вводит в свой дом не женщину, а этот, как его - ящик Помодоры.&#160; Милый Роберто как-то раз поведал ей легенду про какую-то древнюю женщину, которая хранила в своем ящике&#160; кучу всяких несчастий. &quot;Дорогой Роберто! Ведь теперь ты стал святым, так помоги же мне с небес! &quot; - мысленно произнесла Исабель. <br />После некоторого колебания она решилась, изобразила улыбку и протянула руку дону Иньиго, произнеся:<br />- Очень признательна вам за предложенное гостеприимство, дон Иньиго! <br />И, как бы оставляя за собой главенствующую роль, потянула юношу к выходу, старательно подавляя желание пнуть подвернувшегося вентеро в зад.</p> mybb@mybb.ru (Исабель) Sun, 16 Aug 2026 11:53:32 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76153#p76153 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76144#p76144 <p>— Ах, сударыня, — вздохнул аббат, — мои стихи не заслуживают вашего внимания, и судьба, постигшая единственное мое творение, которое я счел возможным показать вам, ясно указывает, что я слишком много возомнил о своих скромных усилиях. Но я буду счастлив, если мои жалкие потуги натолкнут меня на мысли, коими я буду рад с вами поделиться.</p> <p>Он проводил своих знатных гостей до выхода из дома, изгнав попытавшуюся было к ним присоединиться мадам Сальян одним раздраженным взглядом. Казалось, он совершенно забыл о брошенном ему обвинении, и однако, когда, задвинув засов, он направился к ведущей наверх лестнице, на хмуром его лице не осталось ни следа любезной улыбки, а руки сжались в кулаки, разжавшиеся, впрочем, при виде мадам Сальян на площадке первого этажа.</p> <p>— Вы поставили нас обоих в крайне неловкое положение, сударыня, — прошипел он, и привыкшая к его неизменной вежливости мадам Сальян от изумления приоткрыла рот. — Я же говорил вам: думать забудьте о своих лютенах! А это ваше пойло!..</p> <p>Он качнулся на каблуках, словно собираясь добавить еще что-то, но махнул рукой и поспешил дальше, пока не оказался в своей комнате. Переведя дыхание, он извлек из стопки на столе исписанный и исчерканный лист бумаги, на полях которого еще оставалось немного места, окунул перо в чернила и начал торопливо писать:</p> <p>&quot;Сударь, с глубочайшим сожалением сообщаю вам, что не сумел выполнить данное мне вами поручение по причинам, однако, не зависящим от моей доброй воли…&quot;</p> <p><span style="font-style: italic">Эпизод завершен</span></p> mybb@mybb.ru (Провидение) Sat, 15 Aug 2026 04:43:36 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76144#p76144 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76129#p76129 <p style="text-align:center;"><span style="font-style: italic">Кавалер в желтом колете (с)</span></p> <p><span style="font-style: italic">По материалам Carmen Rodr&#237;guez Serrano, Francisco Pacheco y el retrato de Miguel de Cervantes. 2015 (также - подробнейший разбор на русском - <a href="https://m.colta.ru/articles/literature/24181-nazidatelnye-novelly-i-istinnyy-portret-servantesa" rel="nofollow" target="_blank">здесь</a>)</span> </p> <p>В настоящее время не существует известных подлинных портретов Мигеля Сервантеса. Не таким богатым человеком он был, чтобы заказывать свои портреты - что в молодости, что в старости. Существуют только описания его внешности, оставленные матерью (доньей Леонор Кортинас) и монахами-тринитариями: среднего роста, со светлой/рыжеватой бородой и искалеченной рукой. И словесный портрет, составленный самим писателем в прологе к &quot;Назидательным новеллам&quot;, когда он был уже в возрасте: </p><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p>Мне очень хотелось бы, любезнейший читатель, обойтись по возможности без всякого пролога, потому что предисловие, написанное мною для &quot;Дон Кихота&quot;, прошло не настолько гладко, чтобы оставить во мне желание повторять недавний опыт. А во всем виноват один мой приятель, из числа тех, которых в течение жизни я приобретал скорее своим характером, чем литературным даром. Что бы ему стоило, в самом деле (как это у нас в обычае и в порядке), нарисовать или выгравировать меня на первом листе этой книги. Тем более, что знаменитый дон Хуан де Хауреги, наверное, предоставил бы ему для этой цели мой портрет. Этим он удовлетворил бы и мое самолюбие и любопытство лиц, интересующихся тем, каковы черты и какова внешность человека, дерзающего всенародно, на площади мира, выступать со своими бесконечными замыслами.<br />&#160; &#160;Под портретом мой друг мог бы написать: &quot;Человек, которого вы здесь видите, с овальным лицом, каштановыми волосами, с открытым и большим лбом, веселым взглядом и горбатым, хотя и правильным, носом; с серебристой бородой, которая, лет двадцать тому назад, была еще золотая; длинными усами, небольшим ртом; с зубами, сидящими не очень редко, но и не густо, потому что у него их всего-навсего шесть и притом очень неказистых и плохо расставленных, ибо соответствия между ними нет; роста обыкновенного, ни большого, ни маленького; с хорошим цветом лица, скорее светлым, чем смуглым; слегка сутуловатый и тяжелый на ноги, -- есть не кто иной, как автор <span style="font-style: italic">Галатеи</span> и <span style="font-style: italic">Дон Кихота Ламанчского</span>, сочинивший в подражание Чезаре Капорали Перуджийскому <span style="font-style: italic">Путешествие на Парнас</span> и другие произведения, которые ходят по рукам искаженными, а иной раз и без имени сочинителя. Зовут его в просторечии Мигель де Сервантес Сааведра. Не один год служил он солдатом и пять с половиной лет провел в плену, где успел научиться терпеливо сносить несчастия. В морской битве при Лепанто выстрелом из аркебузы у него была искалечена рука, и хотя увечье это кажется иным безобразным, в его глазах оно -- прекрасно, ибо он получил его в одной из самых знаменитых битв, которые были известны в минувшие века и которые могут случиться в будущем, сражаясь под победными знаменами сына &quot;Грозы войн&quot; -- блаженной памяти Карла V.<br />&#160; &#160;Если бы мой друг, на которого я сейчас жалуюсь, не смог припомнить обо мне ничего, кроме только что приведенных сведений, то я сам охотно бы собрал о себе дюжину-другую справок и сообщил ему их по секрету, а он прославил бы потом повсюду мое имя и превознес мое дарование. И в самом деле, думать, будто подобного рода восхваления содержат только строгую истину, -- большое заблуждение, ибо ни для осуждения, ни для похвал не существует никакой твердой мерки.</p></blockquote></div><p> Намек на дюжину-другую справок - великолепен. Именно дюжину свидетельств в свою пользу Сервантесу пришлось собрать, чтобы избежать инквизиционного суда. Число &quot;двенадцать&quot; не случайно, как предполагают биографы. Вся защита Сервантеса была построена на отсылках к евангельскому сюжету, где отец Хуан Бланко де Пас - несомненно, Иуда (предатель, конверсо и сам из <span style="font-style: italic">этих</span>), а несправедливо обвиненного Сервантеса окружают двенадцать верных друзей. Намек был прозрачен, и это была очень опасная игра с инквизицией, учитывая, что прапрадеда Сервантеса по отцовской линии сожгли на костре, а фамилию его деда по матери в семье никто никогда не упоминал - как сегодня считается, из соображений безопасности.</p> <p>А упомянутый друг - это явно Франсиско Роблес, издатель, книготорговец и содержатель игорного дома в Мадриде - еще одно опасное знакомство Сервантеса. В 1613 г. Роблес выставил в своей книжной лавке &quot;Назидательные новеллы&quot;.</p> <p>Но мы здесь о портрете. В прологе Сервантес утверждает, что Хауреги его писал. Эта фраза привела к созданию мистификации и подделки - якобы единственного подлинного портрета писателя. <a href="https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/0/09/Cervantes_J%C3%A1uregui.jpg/960px-Cervantes_J%C3%A1uregui.jpg?utm_source=ru.wikipedia.org&amp;utm_campaign=index&amp;utm_content=thumbnail" rel="nofollow" target="_blank">Вот он</a> (картинку форум вставлять не хочет). Когда обман раскрылся (благодаря некоторым художественным и языковым историческим неточностям), был небольшой скандал, но он улегся - а исследователи и общественность пришли к тому, с чего начали: известных прижизненных портретов Сервантеса нет. Все существующие - фантазия художников разных эпох.</p> <p>Однако есть аутентичный письменный источник, сообщающий, что уже после плена Сервантес позировал (как один из многих натурщиков) севильскому художнику Франсиско Пачеко (учителю Веласкеса) - для серии картин на религиозную тематику, заказанных монахами-мерседариями. Эта серия полотен была исследована, и методом исключения был установлен единственный персонаж, похожий на словесный портрет Сервантеса. Это гребец в желтом колете с картины &quot;<a href="https://anastpaul.com/wp-content/uploads/2022/01/san-pedro-nolasco-embarcando-para-ir-a-redimir-cautivos-1600.jpg" rel="nofollow" target="_blank">Святой Пётр Ноласко отправляется выкупать пленников</a>&quot; (изображение опять же по ссылке). Слабое место этой гипотезы в том, что у гребца на картине действуют обе руки. Но если предположить, что Пачеко писал с Сервантеса только лицо (это ведь не портрет, а религиозная живопись), то противоречия нет.</p> <p>Если взглянуть на <a href="https://encrypted-tbn0.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcRDfSswglWltc9LFnDQez9VK_1Tt674YizjZhj7mrekRg&amp;s=10" rel="nofollow" target="_blank">увеличенный фрагмент</a> с гребцом, то видно, что он золотисто-рыжий, даже брови рыжие. Сам Сервантес писал, что волосы у него темнее, чем борода (каштан и золото), но в период написания картины его шевелюра запросто могла выгореть на солнце. Так же обращает на себя внимание удлиненный подбородок (бородка Карла V). И, как мне показалось, взгляд у гребца - грустный или обращенный &quot;внутрь себя&quot;.</p> <p>С этого изображения позднее делались <a href="https://cervantes.bne.es/es/exposicion/obras/retrato-miguel-cervantes-saavedra-atribuido-francisco-pacheco" rel="nofollow" target="_blank">списки</a> и <a href="https://encrypted-tbn0.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcSGuk1wZI6vT_v8iLdaGxQ2NAAiFIZPZrZaDmaUB43bnA&amp;s=10" rel="nofollow" target="_blank">гравюра</a>. На гравюре (по ссылке выше) он вообще такой милый мальчик. То ли гравер что-то угадал, то ли случайно вышло.</p> <p>Есть еще <a href="https://dialnet.unirioja.es/servlet/articulo?codigo=5440330" rel="nofollow" target="_blank">гипотеза</a> об изображении Сервантеса, опять же, &quot;в массовке&quot; на картине Эль Греко (не Хауреги, как утверждается в &quot;Назидательных новеллах&quot;). Эта картина - &quot;<a href="https://encrypted-tbn0.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcRCECz1m_GS_fq2Zsw39q-vnNPYqybZ2ChFFA1fF2y1kg&amp;s=10" rel="nofollow" target="_blank">Погребение графа Оргаса</a>&quot;. <a href="https://encrypted-tbn0.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcSqNSG7UJiDqfxUJiG46z4fcrNasy9dootfZVIPbDL2ng&amp;s=10" rel="nofollow" target="_blank">Третий слева (с точки зрения зрителя) кабальеро</a>. &quot;Рыцарь печального образа&quot;, как назвали это изображение исследователи. Здесь волосы гораздо темнее, скорее, русые с легкой рыжиной. На гребца Пачеко этот кабальеро мало похож, но нос с горбинкой и вытянутый подбородок присутствуют. И, в целом, лицо ассиметричное. У персонажа Эль Греко - такая еврейская внешность. На мой взгляд, красив, отчаянно красив. Это 1586 год. И если на картине, действительно, изображен Сервантес, то здесь ему 37 лет (по словам семьи) или 39 (по церковной записи), он уже издал &quot;Галатею&quot; и вот-вот расстанется с супругой. К слову, кажется, актера Хулио Пенья гримировали для роли Сервантеса с этого портрета.</p> <p>А далее - уже просто мои фикрайтерские рассуждения. В 1568 г. юный Сервантес живет в Мадриде. Его учитель, Хуан Лопес де Ойос, готовящий Мигеля к поступлению в университет, в то же время пытается найти для юноши покровителей при дворе. Очевидно, что Ойосу это удается, потому что в сентябре следующего года Сервантес дерется на дуэли в садах Алькасара - то есть при дворе он был. В пользу придворной карьеры Сервантеса свидетельствует и его знакомство с кардиналом Джулио Аквавивой (1546-1574), нунцием Папы Пия V при дворе Филиппа II в 1568 г. После побега из Испании Сервантес оказывается в Риме, в доме Аквавивы, на должности личного слуги, что было очень не комильфо для идальго. Вряд ли бы Аквавива взял под свое покровительство непонятного дуэлянта, скрывающегося от правосудия. А вот их мадридское знакомство могло помочь Сервантесу.</p> <p><a href="https://www.cervantesvirtual.com/obra-visor/vida-de-miguel-de-cervantes-saavedra--0/html/001a4efe-82b2-11df-acc7-002185ce6064_41.html" rel="nofollow" target="_blank">Предполагается</a>, что писатель Матео Алеман в своих воспоминаниях говорит именно об Аквавиве: </p><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p>Я исполнял обязанности казначея [...] короля Филиппа II, нашего господина, который пребывает в славе; среди многих других важных событий, которые я видел при его дворе, было то, что туда прибыл некий князь Церкви от имени Его Святейшества Пия V, чтобы уладить его дела. Он проникся симпатией к нескольким остроумным придворным, чью дружбу он, как ни странно, ценил. Эта дружба стала настолько близкой, что [монсеньор] не только оказывал им почести, принимая их у себя и беря с собой в карете, когда выезжал в город, но и приглашал их на обед, щедро предоставлял им свой стол, оказывая им множество особых услуг.</p></blockquote></div><p> Описание дружбы &quot;некого князя Церкви&quot; с &quot;несколькими остроумными придворными&quot; очень напоминает жизнь персонажа Алемана, Гусмана де Альфараче, у его римских хозяев-развратников - кардинала и французского посла - которые ценили слугу как раз за остроумие и шутовство.</p> <p>А не были ли эти &quot;несколько остроумных придворных&quot; - как раз самим Матео Алеманом и Сервантесом? Вся троица - молода: Аквавиве - 22 года, Алеману - 21, а Сервантесу - то ли 21, то ли 19, смотря, какую дату рождения брать. Алемана, предположительно, совсем недавно жестоко унизили, вызвав к ректору университета и там сообщив, что молодой человек, конечно, может окончить курс наук, но диплом ему все равно не дадут - из-за происхождения. Он мог искать покровительства важной персоны. Сервантес, как и Алеман, сын хирурга (а теперь еще и ростовщика, занявшегося криминальной деятельностью)&#160; - тоже нуждался в полезных знакомствах, если хотел делать карьеру.</p> <p>Точная причина дуэли Сервантеса, произошедшей у королевского дворца, неизвестна. Есть две гипотезы. Согласно первой (маргинальной в сервантистике), Мигеля упрекнули в излишней женственности и распутстве. Подобные нападки преследовали его по жизни. Более того, если он вращался в обществе кардинала-итальянца уже в Мадриде, повод был самый прямой. Вторая гипотеза (наиболее принятая) - упрек в низком происхождении (этот мотив есть в произведениях Сервантеса). Тут тоже все обосновано: дворянство Сервантесов было крайне сомнительным (хотя они настаивали на обратном). Это потомки хирургов, цирюльников и старьевщиков. Хороши идальго. Более того, родители Мигеля занимались сводничеством, сестры и тетка - были известными распутницами, а дома у Сервантесов росли внебрачные дети этих дам.</p> <p>Тут запросто мог возникнут вопрос: а сам-то Мигель - сын своих родителей? У Астраны Марина, помнится, появляется информация, что мальчик внешне не был похож на остальных братьев и сестер. Плюс путаница с датой рождения (еще одна маргинальная гипотеза гласит, что он-таки усыновленный Леонор и Родриго Сервантесами).</p> <p>Итак, если фрагменты картин выше - действительно, портреты Сервантеса, то ситуация следующая: в 1568 г., когда погибает принц Астурийский, дон Карлос - при дворе появляется отчаянно рыжий юноша, с вытянутым подбородком и пухлой нижней губой, заика (как и несчастный дон Карлос) и к тому же из семьи, где женщины отличаются весьма легким поведением. Какая бы была реакция двора? &quot;Еще один бастард покойного императора&quot;.</p> <p>Эта внешность, на самом деле, не говорит ровным счетом ни о чем. Возможно, только о близкородственных браках предков (что характерно для конверсос; и рыжие среди них вполне себе встречались). Но поводы к пересудам она могла дать. Реакция Филиппа II на дуэль была резкой: найти, арестовать, судить, отсечь руку, обнажившую клинок, и выслать преступника из столицы. Тут все естественно: дуэли в королевской резиденции были строжайше запрещены. Годом ранее, в 1568 г., Диего де Мендосе приходится выкинуть своего противника в окно Алькасара, чтобы не вытаскивать шпагу. И все равно - судили обоих.</p> <p>А вот противника Сервантеса, Антонио Сигуру (простого строителя, к слову), кстати, не преследовали. Возможно, он не успел обнажить оружие (или говорил, что не успел). Но, кто знает, а не смутило ли Филиппа лицо Сервантеса-дуэлянта? Король боялся заговоров, а мадридское общество после гибели дона Карлоса было очень напряжено.</p> mybb@mybb.ru (Луис де Толедо) Thu, 13 Aug 2026 16:46:59 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76129#p76129 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76121#p76121 <p><span style="font-style: italic">Начало марта 1576 г., Алжир</span></p> <p>— Ублюдки, прекратите, это мой брат! Это... мой... брат... — как именно это могло помочь Мигелю, Родриго не представлял. Вряд ли турок остановило бы это знание.</p> <p>Они с братом давно были не в Севилье, где Родриго мог бы защитить его от озорников. И даже не в Мадриде, где он уже не сумел предотвратить тот дурацкий поединок с Сигурой. И не в Неаполе, где он не смог отговорить этого идиота от армейской службы. И не на борту «Маркизы», где он не закрыл его собой от турецких пуль. Они были в Алжире — и здесь Родриго был таким же пленником, чье слово не имело веса.</p> <p>Полгода тому назад, сидя в лодке, с каждым взмахом вёсел приближавшейся к ненавистному варварийскому берегу, он вдруг заметил, что у Мигеля — глаза на мокром месте. Им всем было не по себе — да что там, «не по себе» — жутко им было, до тошноты, до трясущихся коленок. Но слёзы? Впрочем, Мигель всегда был девчонкой — сколько Родриго его помнил.</p> <p>— Эй, — шепнул он тогда, стараясь, чтобы турецкие матросы не услышали, — мы выберемся. Слово тебе даю, братик.</p> <p>— Да я и не сомневаюсь, — кивнул Мигель. — Обязательно выберемся.</p> <p>— А чего ты тогда?.. — не понял Родриго.</p> <p>— Да так, — Мигель улыбнулся сквозь слезы. — Меня, видишь ли, спазмы в животе замучили. А тут представился повод поплакать — и никто не будет лезть с расспросами.</p> <p>Родриго только плюнул себе под ноги, не зная шутит брат, или серьезно. Сплошное несчастье, а не человек. Он должен был закончить университет, стать доктором богословия — или чего там еще — и сидеть сейчас в кабинете собственного мадридского дома, работая над каким-нибудь философским трактатом. Он должен был стать священником, наконец — как этот его отец Пабло. А не сидеть в этой лодке и не жаловаться Родриго, будто малое дитя.</p> <p>Но это был Мигель. В этом — был весь Мигель. Он не закончил школу в Севилье, потому что им опять пришлось бежать от отцовских кредиторов. Потом у него был учитель в Мадриде — странный тип, который чуть не через каждое слово называл Мигеля «милым». Ну, то есть Родриго считал это странным, а Мигелю, кажется, нравилось. Потом была эта безумная дуэль, иначе не скажешь. Обнажить шпагу в садах Алькасара! Потом — приказ об аресте и побег. И в Риме Мигель оказался в доме этого кардинала-итальянца. На пажеской — если не сказать «лакейской» — должности. И это в двадцать-то лет. Идальго. Отец только зубами скрипнул, когда письмо прочел. И на мать зыркнул: мол, видишь, до чего его довела ученость? Радуйся, сама хотела.</p> <p>Через год Мигелю хватило ума уйти от своего кардинала. Он должен был поступить в семинарию. Отец похлопотал, добыл ему свидетельство о чистоте крови. А Мигель — завербовался в армию. Мигель — в армию. Болван. И в первой же серьезной схватке ему искалечило руку. И в лазарете он провалялся полгода. Не из-за ран: то, что руку не спасти — сразу было ясно, но и опасности это увечье не представляло. Просто в лазарете стоял страшный холод, и простыни вечно были отсыревшими. Чудо, что Мигель вообще поднялся на ноги — с таким-то «лечением». Но даже это не убедило его оставить службу. И резня пленных в Голетте — не убедила. Будь это кто другой — Родриго бы только восхитился подобным мужеством. Но это был Мигель. Мужества, в котором, на деле, не было ни на грош, зато ослиного упрямства — сколько хочешь. И это был его брат.</p> <p>Родриго поднялся, сплевывая кровь, и вновь кинулся на стражника-ренегата — и снова был сбит с ног.</p> <p>— Рыпнешься еще раз, ляжешь рядом со своим братом, — почти ласково предупредил ренегат.</p> <p>И Родриго больше не рыпнулся. И Кастельяно не рыпнулся, только орал, срывая голос, призывая на головы магометан все кары небесные (заткнул бы его кто-нибудь, а то Мигелю только хуже будет: испанскую брань турки и мавры отлично понимают). И никто из пленников не рыпнулся. Ни Кастаньеда, ни Менесес — никто из тех, кто знал Мигеля по Лепанто и Голетте, из тех, кому он помогал эти полгода: носил еду со стола Дали Мами, добывал одежду, сочинял письма их семьям.</p> <p>Родриго их не осуждал. Он сам бы не смог. Над ним плыло выцветшее до блекло-голубого цвета алжирское небо, ясное, без единого облачка, в ушах звенело после тумаков — и Родриго закрыл глаза. В разум закралась малодушная, какая-то детская мысль: на матушкины расспросы потом можно будет честно ответить — мол, ничего не видел, ничего не знаю. Он хотел бы еще не слышать. И, пожалуй, второй раз в жизни позавидовал родному отцу.</p> <p>Первый раз был в Триане, в тюрьме святого трибунала. Отец не предупредил, куда они пойдут — просто вручил Родриго сумку с инструментами: «Поможешь донести. Ну и там по мелочи». У Родриго уже были планы на день, и он буркнул: «Некогда мне. Магдалену возьмите». Но отец отрезал: «Мала еще. Пошли».</p> <p>Родриго думал, они идут домой к пациенту, и здорово перетрусил, увидев Трианский замок. Но убегать было поздно. В застенки его, конечно, не пустили — туда отец пошел один. Но даже из-за плотно закрытой двери вполне явственно доносились чьи-то стоны и мольбы. И Родриго подумал, что этакая служба — батюшке в самый раз: он почти ничего не слышит.</p> <p>У двери пыточной он остался не один. С ним был мальчик постарше, с такой же сумкой хирурга. Бледный, черноволосый, с красивым, но желчным лицом — словно страдания, которыми здесь пропитался весь воздух, отравили ему кровь. Он заговорил с ним первым, этот мальчик:</p> <p>— Ты новенький, что ли? Не трясись, это еще не самое страшное. Когда заключенного вернут в камеру, нам нужно будет о нем позаботиться. Вот там будет хуже.</p> <p>После таких слов Родриго едва не бросил сумку и не сбежал. Остановил его только страх заплутать в коридорах тюрьмы без отца. Он снова буркнул, что не умеет ходить за больными. И никогда не мечтал ставить клистеры, вскрывать нарывы и резать грыжи. И, вообще, он завербуется в армию. А отцу должен был помогать Мигель, но этот хитрюга сбежал в школу.</p> <p>— А, так ты брат коплеро, — засмеялся мальчик. — Точно. Ну, я его понимаю: надоело быть лицом страдательным и стоять в винительном падеже.</p> <p>— Чего? — не понял Родриго.</p> <p>— Это из латыни, — опять засмеялся мальчик. И рассказал, что он уже студент-первокурсник и станет настоящим медиком, а не каким-нибудь хирургом-костоправом.</p> <p>Потом отец вышел, и они с Родриго снова пошли по коридорам и лестницам, пока не оказались на воздухе. Родриго спросил: а как же его пациент? И батюшка коротко ответил: «Мои услуги не потребовались,» — и он не осмелился спросить, что это значит.</p><p style="text-align:center;">***</p> <p>Родриго не сразу сообразил, что это с ним кто-то говорит. В голове еще звенело, и он так и не решился открыть глаза.</p> <p>— Вашего брата не убьют, сеньор, — объяснял участливый голос. — И если повезет, ему даже сильно не навредят. И, вообще, эта экзекуция быстро закончится. Ее цель — устрашение непокорных. Ничего больше. Для всего остального — у турок есть мальчики.</p> <p>— Мигель не бунтовщик, — прохрипел он.</p> <p>— А дело и не в нем, — посетовал тот же голос. — Это просто урок всем. Всем здесь, в баньо. Выгоняют пленников во двор и заставляют смотреть, как издеваются над их товарищем. Обычно такое проделывают с мальтийцами: турки их страсть как не любят. Но вашего брата выбрали, потому что он увечный. Проще справиться.</p> <p>— Я думал это потому, что мы вчера отказали Дали Мами в деньгах, — язык у Родриго был словно распухший и еле ворочался. — То есть не отказали. Нам нечем платить. Наша семья — полунищая. А эта хромая собака не верит.</p> <p>— Может и так, — вздохнул невидимый собеседник. — Может, и так. Сколько лет вашему брату, сеньор?</p> <p>— Двадцать шесть.</p> <p>— Ай, молоденький еще, — собеседник прищелкнул языком. — Плохо. Тут в мальчиках порой до тридцати ходят.</p> <p>Родриго вспомнил, что ему самому — двадцать пять, и рот у него наполнился горькой слюной. Он повернул голову, сплюнул, все еще не открывая глаз.</p> <p>Он слышал, как роптала толпа, как кто-то молился, как богохульствовал лейтенант Кастельяно. Но Мигеля почему-то больше не слышал. И турок тоже. И вскоре раздался голос ренегата:</p> <p>— Заберите его.</p> <p>Родриго перекатился на бок, поднялся на колени, отряхнул ладони от песка. Думал, что первым кинется к брату, лежавшему посреди двора, у колодца, но его опередили. Все их ребята с «Маркизы», из Голетты — все, кто не шелохнулся во время пытки — теперь бежали на помощь.</p> <p>— Стой, не одевай его. Его осмотреть надо.</p> <p>— Воды кто-нибудь зачерпните.</p> <p>— Ах, черт, черт!</p> <p>— Дон Мигель, слышите меня? Все, все уже хорошо.</p> <p>Родриго оттеснили. В баньо корсара Дали Мами, где они томились уже полгода, было сразу несколько лекарей — и никакая его помощь не требовалась. Честно говоря, он был этому рад. Он не знал ни что делать, ни что говорить. И тщетно пытался проглотить застрявший в горле ком.</p> <p>Он смотрел, как товарищи хлопотали вокруг Мигеля — словно вокруг Святого Себастиана, отвязанного от столба. И почему-то думал, что если бы на месте брата оказался он сам — то вряд ли удостоился бы такой суеты, заботы и сочувствия. Нет, его бы не бросили и помогли бы, конечно. Но он был почти уверен, что на другое утро все бы прятали глаза. Он стал бы живым укором. Напоминанием об их собственном бессилии. Ребята не простили бы ему, что турки заставили их смотреть на его позор. Не простили бы, что завтра с ними самими может произойти нечто подобное.</p> <p>А Мигель... То ли у него были очень хорошие друзья, то ли плен меняет людей не только к худшему, но и к лучшему... То ли... То ли дело было в том, что Мигель всегда был девчонкой. И то, что с ним случилось — случилось потому, что он был девчонкой. И они — и Кастаньеда, и Менесес, и Кастельяно, и другие — не могли представить себя на его месте. Они могли бы так же сочувствовать попавшей в беду благородной девице.</p> <p>Родриго внезапно вспомнил, как на их улице в Севилье могли сколь угодно долго подначивать и высмеивать марик и милашек-дворян, но стоило какому-нибудь чужаку их обидеть, как вся улица единодушно ополчалась против охальника.</p> <p>«Наших девчонок не трогай».</p> <p>К ночи, когда суета в баньо, наконец, улеглась, он добрался-таки до их с Мигелем угла. Брат лежал на тюфяке, свернувшись калачиком — и то ли дремал, то ли притворялся, что дремлет. И Кастельяно рядом, к счастью, не было.</p> <p>— Прости... — Родриго, не глядя, нащупал руку Мигеля, чувствуя, как в горле начинает першить — непонятно отчего.</p> <p>— За что? — Мигель открыл глаза, и лицо у него было совершенно спокойное.</p> <p>— Не знаю, — Родриго пожал плечами. — Наверное, за то, что был не самым лучшим братом. Сколько себя помню.</p> <p>— Напомни мне это завтра, — вдруг попросил Мигель. — Я запишу.</p> <p>— Запишешь? — опешил Родриго.</p> <p>— Ну да, — Мигель улыбнулся. — Превосходная реплика для трагедии. Или для комедии. Или для романа. Еще не решил. Вот так, наверное: «И прижав руку к сердцу, он произнес эти пылкие слова, а потом братья пали в объятия друг другу».</p> <p>— Ты шутишь, что ли? — не поверил Родриго.</p> <p>— Не устраивай драму, братик, — Мигель фыркнул. — Я жив и даже не сильно побит. Отосплюсь, и все пройдет.</p> <p>— Чертов <span style="font-style: italic">донселло</span>! — Родриго едва не ткнул Мигеля кулаком. — Я переживаю, места себе не нахожу, а он смеется. Еще скажи, что тебе понравилось, — прошипел он.</p> <p>— Нет, — Мигель враз посерьезнел. — Но если я начну плакать, то будет совсем тошно. Давай спать.</p> <p>Родриго устроился под боком у брата, и сам не заметил, как провалился в сон.</p><p style="text-align:center;">***</p> <p><span style="font-style: italic">Пять лет спустя, Мадрид</span></p> <p>К тому моменту, когда они втроем с Габриэлем Кастаньедой вышли за ворота Верховного трибунала, тучи разошлись, и выглянуло солнце. Кастаньеда вдохнул полной грудью:</p> <p>— А, все-таки, хорошо, сеньоры, оказаться на свежем воздухе, на солнышке. Не знаю, как у вас, а у меня до сих пор поджилки трясутся. Хотя вроде меня никто ни в чем не обвинял.</p> <p>— И у меня, — признался Родриго. — С детства терпеть не могу эти... — он поцокал языком, — заведения. Отец служил тюремным хирургом.</p> <p>— И у меня трясутся, — поддержал его Мигель.</p> <p>— Вообще, сеньоры, вы мне должны, — полушутливо заметил Кастаньеда. — Особенно вы, дон Мигель. Я, между прочим, подверг риску свою бессмертную душу, дважды присягнув, что не знаю за вами никаких гнусностей.</p> <p>— А разве знаете? — заулыбался Мигель.</p> <p>— А, и правда, не знаю, — охотно согласился Кастаньеда. — Такого верного друга, как вы, в наши дни еще поискать надо. Но, все равно, сеньоры, — дон Габриэль ухмыльнулся, — я рассчитываю, что меня теперь будут поить, кормить...</p> <p>— А больше вам ничего не надо? — со смехом осведомился Мигель.</p> <p>И Кастаньеда тоже расхохотался:</p> <p>— Катитесь вы, Сервантес, с вашими намеками... обратно в трибунал.</p> <p>Они шли, все втроем взявшись под руки. Шутили, смеялись и чувствовали себя абсолютно пьяными, хоть еще и не дошли до кабака. И Родриго думал, как им, на самом деле, посчастливилось: живы, дома, на свободе. И родители живы и... и все теперь будет хорошо. А то, что было в Алжире — пусть остается в Алжире.</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">Примечания</div><blockquote><p>«[...] надоело быть лицом страдательным...» — цитата из романа «Гусман де Альфараче», а студент-медик — его автор, Матео Алеман. Его мечтам о дипломе врача не суждено будет сбыться. У него почти настолько же переломанная судьба, как у Сервантеса.</p> <p>«Донселло» — здесь: неологизм Родриго. Он меняет окончание женского рода в слове <span style="font-style: italic">doncella</span> («благородная девица», «барышня») на окончание мужского рода -о, подразумевая молодого дворянина, который ведет себя, как барышня. Исторически, слово <span style="font-style: italic">doncello</span> фиксируется несколько позже — предполагается, что до 1621 г. (возможно, в 1609–1610 гг.). Донселло как архетип, безусловно, комичен, однако он не вызывал у современников отвращения или опаски. В отличие от народной <span style="font-style: italic">марики</span>, озорной и не лезущей за словом в карман, <span style="font-style: italic">донселло</span> — дворянин и «хороший мальчик», благородный, безобидный и беззащитный — на которого вечно сыпятся все шишки. </p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Провидение) Tue, 11 Aug 2026 22:25:24 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76121#p76121 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76088#p76088 <p>Продолжение темы: <a href="https://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?id=1182">Реклама. Часть XXXXIV #2</a></p> mybb@mybb.ru (Система) Fri, 07 Aug 2026 18:00:36 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76088#p76088 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76085#p76085 <p><span style="font-style: italic">— Лечение будет заключаться в следующем: [...] жемчужину надо растворить в уксусе.<br />— Это бриллиант.<br />— Тем лучше.</span> (c, «Тридцать первое июня»)</p> <p>Перечитывая очередной раз биографию Сервантеса, вернулся к тому моменту, что дон Мигель в достаточно молодом возрасте успел нажить себе проблемы с мочевыводящими путями. Эта тема нашла отражение, как минимум, в «Дон Кихоте»: сам рыцарь печального образа, по слухам, «долгие годы страдал болезнью почек»; а галерник со слезами жалуется главным героям на «не дающее ему ни минуты покоя» <span style="font-style: italic">mal de orina</span>, состояние, которое в русском переводе передали как «боль в мочевом пузыре» — на самом деле, это заболевание соответствует циститу и уретриту одновременно — со всеми их симптомами. И в «Ревнивом старике» тоже. Там герой испытывает сразу и «убийственную» боль в боку, и дискомфорт в нижних мочевых путях, и постоянные позывы справить нужду, но это действие не приносит ему облегчения (интересно, что переводчика, похоже, смутила такая неприличная откровенность, характерная для эпохи барокко, и он сгладил этот эпизод).</p> <p>Конечно, писателю нельзя ставить диагноз по его произведениям. Тем более, Сервантес, происходивший по линии бабушки из династии лекарей-практиков, был хорошо подкован в вопросах медицины, и охотно использовал в своих текстах сведения, почерпнутые из отцовской медицинской библиотеки.</p> <p>Но эта болезнь подтверждается биографическими данными. Один такой тяжелый приступ, как в «Ревнивом старике», едва не закончился для Мигеля, вернувшегося из плена, весьма плачевно. А ведь он тогда был намного моложе своего героя, ему за 30. Лечил его Франсиско Диас — близкий друг семьи Сервантесов, крестный младшего брата Мигеля, Родриго, и отец современной урологии. Сервантес написал ему посвящение в своем первом произведении — «Галатее», говоря, что он в неоплатном долгу (за все, что Диас сделал для него и его семьи).</p> <p>Все лечение, в общем-то, состояло в обильном питье. Диас выпаивал своих пациентов водой и молоком. И коллеги с ним <a href="https://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?id=73#p61531">соглашались</a>. Да и сегодня этот совет — вполне действенный (в дополнение к современным методам). Испанскому посланнику Диего Мендосе, старшему современнику Сервантеса и его товарищу по несчастью, еще рекомендовали отвар базилика как хорошее средство. Сам Мендоса, великий жалобщик (в частной корреспонденции), нигде не сообщает, помогло ему или нет. Сервантес упоминает еще грелки.</p> <p>А вот про Дон Кихота говорится, что рыцарь носил перевязь для меча из тюленьей кожи, и переводчик делает примечание, что кожа тюленя считалась оберегом от болезней мочевыводящих путей.</p> <p>Тюленья кожа не была единственным «средством» — испанцы активно пользовались, например, лапидарной медициной, приписывая драгоценным и полудрагоценным камням целебные свойства. При кровотечениях — носили яшму, при эпилепсии — бирюзу, а при страданиях мочевыводящих путей и при подагре — <strong>нефрит</strong> и <strong>жадеит</strong>, которые нередко путали.</p> <p>Название этого камня на русском неслучайно совпадает с названием болезни. На латыни они тоже сходны (хоть и не идентичны): минерал называется <span style="font-style: italic">lapis nephriticus</span>, то есть почечный камень. Похожая ситуация и в испанском: там камень в XVI и XVII вв. назывался <span style="font-style: italic">piedra de ijada</span>. А слово <span style="font-style: italic">ijada</span>, «боль в боку» было бытовым названием воспаления почек. То есть «камень от боли в боку/в почках». Со временем <span style="font-style: italic">piedra de ijada</span> трансформировалось в слово <span style="font-style: italic">jade</span>, которое дало международное название этого минерала — жадеит. Другим названием того же минерала в XVI в. было <span style="font-style: italic">piedra de ri&#241;ones</span> — буквально «почечный камень».</p> <p>Испанцы впервые заинтересовались нефритом/жадеитом в 1519 г. в колониях, где он применялся в рамках местных культов. Что странно, это не настроило конкистадоров против зеленоватого камня. Они охотно принимали его в дар, даже если это были статуэтки или резные головы с лицами. Веру в целебные свойства нефрита испанцы якобы тоже усвоили у ацтеков, майя и других племен. Камень занял свое место в арсенале испанского медика, и лечебное действие приписывались исключительно его собственной природе, а не всяким там «головам». То есть за индейскую нефритовую статуэтку испанца <strong>не</strong> арестуют(!).</p> <p>Первое упоминание нефритовых украшений на полуострове — 1545 г., опись вещей императора Карла V. Массивная подвеска с полустертым изображением лица. В 1552 г. в Новом Свете вышел медицинский трактат, описывающий применение нефрита при вышеназванных болезнях (<span style="font-style: italic">Codex de la Cruz Badiano</span>). В 1565 г. тактика лечения и якобы успешное применение впервые были зафиксированы в книге, изданной уже в Севилье: <a href="https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D1%80%D0%B4%D0%B5%D1%81,_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D1%81" rel="nofollow" target="_blank">Николас Батиста Монардес</a>, <span style="font-style: italic">Dos libros, el uno que trata de todas las cosas que traen de nuestras Indias Occidentales que sierven al uso de Medicina</span>. И речь шла о том, что лечение этим средством уже (до издания книги) было опробовано на территории Испании. То есть лекарь, оказавшийся у постели больного, вполне мог прописать ему... камешек. Хорошо, если в дополнение к питью и грелкам. А если просто так?</p> <p>Использовали нефрит двумя способами: либо просто привязывали к руке (дамы заказывали себе браслеты), либо — на камень нужно было сперва поплевать, потереть его в ладонях, а затем положить на живот (на пупок) или на больной бок. В обоих случаях, считалось, что минерал вытянет наружу дурные соки и/или камни, образовавшиеся в почках/мочевом пузыре.</p> <p>Примерно с 1570-х гг. и далее — камень нефрит регулярно встречается в описях имущества состоятельных людей на полуострове. Им активно торговали и в колониях, и в самой Испании. Все вышесказанное характерно и для следующего столетия. Вообще, Испания, похоже, не зря стала родиной урологии. Спрос на нефритовые амулеты был — поскольку описание мочекаменной болезни встречалось даже в первых трактатах по педиатрии, что уж говорить о взрослых, страдавших подагрой, заражавшихся дурными болезнями и так далее.</p> <p>Словом, сеньоры, берегитесь дипломированных медиков — нынче в университетах как-то странно учат.</p> <p>Источники:<br />Kate E. Holohan, Mesoamerican Idols, Spanish Medicine: Jade in the Collection of Philip II // eds. Suzanna Ivani&#269;, Mary Laven and Andrew Morrall, Religious Materiality in the Early Modern World. Amsterdam University Press, 2019.<br />[url=https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/26290034/]Andr&#233;s Vesalio, Francisco D&#237;az, Miguel de Cervantes Saavedra <br />and the birth of urology in the 16th Century[/url]<br />Jos&#233; Antonio Rosell Ant&#243;n, Cervantes, el m&#233;dico que no fue // Anales - Vol. 31 (1) - Dic. 2018 - Real Academia de Ciencias Veterinarias de Andaluc&#237;a Oriental<br /><a href="https://www.cervantesvirtual.com/obra-visor/el-viejo-celoso--0/html/ff329b2c-82b1-11df-acc7-002185ce6064_5.html" rel="nofollow" target="_blank">Miguel de Cervantes Saavedra, Entrem&#233;s del Viejo celoso</a><br />Manuel Martinez-Rivera, El manual Instrucci&#243;n de enfermeros (1625), compuesto por los enfermeros obregones, y los cuidados urol&#243;gicos en los hospitales del siglo XVII // Enfuro, 2012<br /><a href="https://www.analesdepediatria.org/es-la-medicina-los-ninos-tiempos-avance-resumen-S1695403316301965" rel="nofollow" target="_blank">La medicina de los ni&#241;os en tiempos de Cervantes. Primeras monograf&#237;as m&#233;dicas pedi&#225;tricas en Espa&#241;a hace 400 a&#241;os</a><br /><a href="https://books.google.nl/books?id=r688AQAAIAAJ&amp;pg=RA1-PA58&amp;dq=piedra+de+ijada+XVI+siglo&amp;hl=ru&amp;newbks=1&amp;newbks_redir=0&amp;source=gb_mobile_search&amp;sa=X&amp;ved=2ahUKEwil34CK146WAxV17QIHHTwJMeoQ6AF6BAgPEAM#v=onepage&amp;q=piedra%20de%20ijada%20XVI%20siglo&amp;f=false" rel="nofollow" target="_blank">Joaqu&#237;n Olmedilla, Medicos espa&#241;oles de los siglos XV y XVI</a><br />Spivakovsky, Erika, Son of the Alhambra: Don Diego Hurtado de Mendoza, 1504-1575. Austin and London, 1970.</p> mybb@mybb.ru (Луис де Толедо) Fri, 07 Aug 2026 16:38:35 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76085#p76085 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76062#p76062 <div class="quote-box answer-box"><cite>Стелла написал(а):</cite><blockquote><p>А я последнее время пришла к выводу, что гриф секретности - правильная вещь. Причем, лет на сто (меньше не имеет смысла). А все потому, что должно уйти поколение тех, кто все видел своими глазами, но оценивает по-разному. Только последующие поколения могут судить непредвзято.))</p></blockquote></div> <p>Напишу здесь, потому что это оффтоп для исторической темы, а фильм обсудить мне хочется))<br />Когда «Пленник» только вышел на экраны, мы с <strong>Его Высокопреосвященством</strong> как раз говорили, что последующие поколения иногда судят прошлое по меркам своего века)</p><div class="quote-box hide-box term-login"><cite>Скрытый текст:</cite><blockquote><p>Для просмотра скрытого текста - <a href="/login.php" rel="nofollow" target="_blank">войдите</a> или <a rel="nofollow" href="/register.php" target="_blank">зарегистрируйтесь</a>.</p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Луис де Толедо) Wed, 05 Aug 2026 12:13:03 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76062#p76062 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76030#p76030 <p>Пуниец вновь еле слышно вздохнул — со стороны казалось, что не он налегает на весло, а весло, поднимаясь и опускаясь, мотает его костлявое тело туда-сюда.</p> <p>— Господи, — вдруг страстно взмолился он, — даруй победу Своим детям, ну и нас сбереги, если на то воля Твоя.</p> <p>Наверное, кто-то счел бы это ересью — молиться вот так, не по молитвеннику и не на латыни, но тоска и отчаянное желание выжить в предстоящей бойне жгли Пунийцу грудь, и все прочие его опасения и страхи отступили на задний план. Выжить, а еще бы обрести свободу — но о таком он не смел даже мечтать.</p> mybb@mybb.ru (Перо) Wed, 29 Jul 2026 19:44:16 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76030#p76030 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76020#p76020 <p>Ты ждешь-ждешь, когда же закричит новый братик или сестричка — и сам не замечаешь, как засыпаешь, уронив голову себе на грудь, и просыпаешься только от петушиного крика, и то далеко не первого. Уже светает, руки-ноги у тебя затекли, спина ноет, и ты страшно замерз. Тут же, на крыльце, отец расплачивается с повитухой:</p> <p>— Вы ведь похороните, матушка Санчес?</p> <p>Она скорбно кивает, передник у нее — в бурых пятнах, а в руке почему-то — ведро. Ты подскакиваешь, стряхивая остатки сна:</p> <p>— Маам? — распахиваешь дверь, но отец хватает тебя за плечо.</p> <p>— Не ори, спит твоя мамка. Притомилась, — он уходит в дом, а ты остаёшься на улице, не зная, чего ждать. В глазах у тебя снова жжёт, но ты не плачешь — ты ведь не баба какая-нибудь.</p> <p>Соседи досматривают последние сны — и заняться тебе решительно нечем: ты слоняешься из угла в угол, пинаешь камешки, пока, наконец, не устраиваешься под деревом, думая ещё вздремнуть — но из дома показывается отец. В руках у него два узла: побольше и поменьше. В большом — ты узнаёшь тот, в который мама вчера увязала краденое.</p> <p>— Пойдём, — манит тебя отец, и, когда ты подбегаешь, крепко берёт тебя за руку. Так крепко, что пальцам больно.</p> <p>Вы идёте к монстырю Марии Сионской, и ты знаешь, что разговаривать с отцом сейчас не надо: такое нехорошее у него лицо. «Лучше бы побили — чем так молчать,» — ты бросаешь на отца осторожные взгляды, но он не сердится, это что-то другое. Что-то — чему ты снова не можешь подобрать имени.</p> <p>Улица постепенно заполняется людьми, открываются лавки, кто-то уже ссорится, кто-то причитает над разбитым кувшином молока. У монастырской стены сидит голозадый карапуз и клянчит денежку:</p> <p>— Parn&#233;, parn&#233;, parn&#233;.</p> <p>Ты неплохо понимаешь по-цыгански: сложно жить на Бельевой улице и не выучиться хоть чему-то. Parn&#233; — беленькие.</p> <p>Ты вдруг просишь отца подождать, лезешь в карман, развязываешь кошелек и вытряхиваешь малышу в ладошку монетки — все до единой. Идущему на эшафот — деньги не нужны.</p> <p>Вы минуете ворота, поднимаетесь по ступеням — и ноги у тебя наливаются свинцом. Отец берётся за дверной молоток: бум, бум, бум, — в такт стучит твоё сердце.</p> <p>В монастыре отец уходит куда-то в сопровождении доминиканца, а ты остаешься сидеть на скамье — с узлом (тем, что поменьше) на коленях. Монахам, кажется, нет до тебя дела, но ты вдруг вспоминаешь все байки, которые слышал об этом месте. Это ведь тюрьма. И те, кто сюда зашёл — бывает, не выходят обратно. И еретиков жгут прямо здесь, в статуях святых. Они внутри пустые, эти статуи. Как раз человек поместится. Запихнут туда еретика — и разводят огонь под статуей. И он там жарится — заживо. А криков не слышно только потому, что стены толстые.</p> <p>Тебя начинает бить озноб. Ты уже не помнишь, что про статуи тебе рассказывал Пепе-звонарь, который врёт, как дышит. Тебе просто страшно. Ты думаешь про зелёное знамя — и тебя охватывает новый ужас: а вдруг батю арестуют, как мятежника? И мамку, и Бернардино с Франсискитой, а малышей — отправят в приют.</p> <p>Какой-то монах слышит, как ты тихонько скулишь и зовёт тебя:</p> <p>— Пойдём на кухню, покушаешь.</p> <p>Это детское «покушаешь» — никак не вяжется в твоем представлении с тюрьмой, но узел он у тебя забирает, и ты укрепляешься в мысли: пропал. Все вы пропали. Глупая это была затея — идти за помощью к доминиканцам.</p> <p>На кухне перед тобой ставят тарелку молочной каши — и в тебе внезапно просыпается зверский голод. Монах смотрит, как ты уписываешь кашу за обе щёки и подмигивает повару:</p> <p>— Смотри-ка, нравится. Они вообще молоко любят.</p> <p>— Ну, так вино-то им нельзя, — повар забирает у тебя тарелку, чтобы положить добавки, и ты замираешь с ложкой в руке: кому нельзя вино? Детям? Ну, да — тебе ещё ни разу не наливали. Но у тебя и батя вино не сильно жалует. И вообще на вашей улице пьяниц нет. Разве что, старый Мендес, но он и пьянеет после одного стаканчика. Смех — да и только.</p> <p>После еды тебя отводят в какую-то комнату, где окна под самым потолком, и велят раздеться. Тебя вновь пробирает дрожь, но делать нечего. Лекарь — в котором ты узнаёшь того молодого монаха, что торопил Эскасену уйти — осматривает тебя с ног до головы, отмечая каждую оспину, каждую царапину.</p> <p>Просит показать ладони, открыть рот и, наконец, ищет у тебя в волосах:</p> <p>— Надо же, вшей нет.</p> <p>Ты рассказываешь, что мамка каждый вечер вычёсывает вам всем волосы частым гребнем, окунув его в уксус или в какое-то пахучее масло, а раз в неделю моет вам головы мыльным корнем.</p> <p>— Умница твоя мамка, — заключает лекарь. — Одевайся.</p> <p>С арестантами так по-доброму не обращаются — и ты понемногу смелеешь. А, может, дело в том, что желудок у тебя сейчас полный, а на полный желудок — всегда как-то спокойнее и радостнее.</p> <p>Тебя выводят в коридор — и ты видишь, как отец выходит из-за другой двери, не переставая кланяться: «Спасибо, ваша милость. Храни вас Бог, ваша милость». Узла в руках у него больше нет, и лицо — какое-то странное. Не такое сумрачное, как утром, а... виноватое, что ли. Он подходит, стискивает тебя в объятиях:</p> <p>— Будь умницей, Пако, не шали, — и почти убегает, не оборачиваясь и толком ничего не объяснив.</p> <p>Много позже ты узнаешь, что богатства в том узле принадлежали семье графа Оливареса, украл их беглый раб, а графский брат, дон Педро, берёт тебя под своё покровительство — в благодарность за найденную пропажу.</p> <p>Но это будет потом, а пока ты вспоминаешь, что утром не простился с мамой, с братьями и сёстрами. Не заглянул к Эскасене, как собирался. Не повидался ни с кем из друзей. В груди у тебя снова начинает ныть, но ты думаешь, что если тебя оставят у Марии Сионской, то, наверное, ты сможешь их навещать. Не заключённый же ты, в конце концов? Заключённых не просят не шалить.</p> <p>Но тебя выводят во двор, где уже ждет карета. Оконца её не зарешёчены, и даже занавески на них не задёрнуты, и гнедая лошадь с мешком на морде — меланхолично похрупывает овсом. Ты забираешься внутрь и обнаруживаешь на сиденье свой узелок. С тобой садится лекарь из монастыря, — минута-другая и экипаж трогается.</p> <p>В окошке мелькают улицы: знакомые — и те, на которых ты никогда не был. Ты трясёшься, цепляясь за жёсткое сиденье обеими руками, но когда карета подъезжает к мосту — едва не летишь на пол от ужаса. Трианский замок — вот, куда тебя везут. Про это место ходит ещё больше страшных баек, чем про монастырь Марии Сионской — недаром оно за городом: там твоих криков и просьб о помощи уж точно никто не услышит.</p> <p>— Вы везёте меня в тюрьму? — лепечешь ты, стуча зубами.</p> <p>— В школу, — смеется лекарь. — Только в её правое крыло ты все же не ходи. Там, говорят, привидения водятся и мертвецы бродят. Ну, мальчики тебе лучше меня расскажут.</p> <p>В замке тебе приходится поскучать, пока взрослые возятся с бумагами. Ты незаметно колупаешь штукатурку на потрескавшейся стене и думаешь, не обманул ли тебя лекарь — со школой-то. Больно сыро тут и мрачно. Потом тебя снова осматривают — на этот раз, куда быстрее, стригут покороче, одевают в сутану и командуют: «Марш наверх, последний этаж, обед в полдень, опоздаешь — пеняй на себя».</p> <p>Наверху тебя ждет длинная пустая спальня, заставленная рядами коек — будто в богадельне, и ты робко садишься на краешек одной из них, той, на которой нет одеяла и подушки. Никто не заходит, не бранится, не тащит тебя в камеру или пыточную. Ты пытаешься определить время по солнечному пятну на полу, но даже оно еле-еле движется.</p> <p>Потом в спальню заходят мальчики — постарше и помладше. Бросают книжки на кровати, вздыхают, смеются, ругают кого-то лысым чёртом, плюются жёваной бумагой из трубочек — и строгая комната вмиг оживает, наполняясь весёлым гамом. Потом они замечают тебя.</p> <p>— Кто таков? — подскакивают к тебе сразу трое. — Отрекомендуйся по всем правилам.</p> <p>Правил ты не знаешь, но охотно называешься, стараясь сразу показать, что готов дружить. Друзья на новом месте тебе бы очень пригодились.</p> <p>— С Бельевоой улицы? — нараспев тянут они, ухмыляясь. — Цыган? Мориск? Португалец?</p> <p>— Я добрый христианин, — ты соскакиваешь на пол: не чтобы драться, конечно, просто на ногах чувствуешь себя увереннее.</p> <p>— А тебя никто и не обвиняет в ереси, — лыбится самый высокий из них, рыжеватый-конопатый. — И свидетельство о чистоте крови тоже не требует. Так просто интересуемся.</p> <p>— Был бы португальцем — у меня бы деньги водились, — огрызаешься ты, понимая, что дружбы не выйдет.</p> <p>— А у тебя не водятся? — разочарованно вздыхает рыжий, осматривая твои скромные пожитки. — Мда, бедненько. Пошли, братья, с этой овечки шерсти не настрижёшь.</p> <p>Колокол зовёт вас к обеду, и твои новые соседи разбегаются. Ты, помедлив, идёшь за ними. После трапезы тебе показывают твой класс и наставника, а ещё позже — ведут в церковь, где вдруг велят петь: одному и с другими мальчиками, и хормейстер аж морщится, когда ты заводишь «Сестрицу Марику», но, кажется, остаётся доволен: голос у тебя неплохой.</p> <p>Так проходит день. А вечером ты понимаешь, что никто не озаботился твоей постелью, и тебе предстоит делить кровать с тем самым рыжим и не торопишься раздеваться.</p> <p>— Эй, ты чего такой смурной? — спрашивает он и вдруг хохочет: — Я понял! Братцы, у нас тут скромник-недотрога, что блюдёт свою задницу пуще воскресного дня, — спальня отвечает рыжему громогласным хохотом, в котором тонет твоё робкое «Я не...». — Не боись, — рыжий хлопает тебя по плечу. — Мы все тоже добрые христиане, не турки какие-нибудь. Турки вон в том конце комнаты живут, у окна, — ты снова немеешь, но он смеется: — Да, шучу я, шучу. Не бойся, никто тебя не тронет, — и забирается под одеяло, все еще вздрагивая от смеха: — Ох, братец, видел бы ты свою рожу. Ох, насмешил.</p> <p>Ты тоже ложишься, но сон к тебе не идёт. Это «Цыган? Мориск? Португалец?» — жжёт тебя калёным железом.</p> <p>Ты никогда не думал, кто твои соседи. Люди — как люди. Живут, трудятся, по воскресеньям в церковь ходят. Пляшут по праздникам. Любят, враждуют, детей рожают. Разве на других улицах не так? Но сейчас перебирая в памяти их лица — ты вдруг понимаешь, что никого-никого не смог бы назвать старым христианином. В доме у плотника — труба не дымит в субботу. Старуха Мендес — постится в дни, когда постов нет. Да так истово, что даже воды не пьёт. Пенья — мориски, это все знают. Ромеро — цыгане. Эскасена — вообще, безродный подкидыш.</p> <p>А кто ты сам?.. Кто твои деды, что когда-то встали под зелёное знамя? Ты не посмеешь спросить ни мать, ни отца.</p> <p>Ты — плоть от плоти Бельевой улицы и кровь от её крови. Твои жилы — её гитарные струны. Твои кости — её кастаньеты. Даже покинув её — ты навеки останешься её сыном. И никогда — даже обласканный королевскими милостями — не предашь её и не наденешь маску старого христианина. Ты — тот, кто ты есть. Пако Риоха.</p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">*</div><blockquote><p>Школьные каникулы в Испании начинались не раньше 15 августа (дня успения Богородицы) и продолжались до 18 октября, поэтому Пако приезжает за два месяца до окончания учебного года.<br />Шутка рыжего — реально существовавшее присловье.</p></blockquote></div><div class="hvmask" id="block-1"><p>[nick]Франсиско де Риоха[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0016/eb/73/82/t861065.jpg[/icon][info]&lt;hr&gt;&lt;b&gt;Полное имя:&lt;/b&gt; Франсиско де Риоха &lt;br&gt;&lt;b&gt;Возраст:&lt;/b&gt; 23 года &lt;br&gt;&lt;b&gt;Статус:&lt;/b&gt; священник, доминиканец &lt;hr&gt;&lt;i&gt;Огонь, горящий ярче всех светил&lt;/i&gt;&lt;br&gt;&lt;br&gt;[/info]</p></div> mybb@mybb.ru (Rotondis) Sun, 26 Jul 2026 19:24:21 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76020#p76020 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76002#p76002 <p>При слове «кондитерская» во рту у Эмиля сделалось приторно-приторно. Кажется, сладкого он наелся на месяцы вперед.</p> <p>Но ведь не обязательно есть — можно просто посидеть, поговорить. Да, корзинку забрать! Так что пока все складывалось наилучшим образом.</p> <p>— Я тоже не тороплюсь и охотно принимаю ваше приглашение, — кивнул он Шере и мальчикам. На самом деле, Эмиль подозревал, какой прием ему окажут дома. Еще бы, ушел за покупками утром и пропал на полдня. А покупки-то нужны были к обеду. И зелень, конечно, безнадежно пропала... Но не упускать же такую возможность? — Тем более, я не заплатил кондитеру, — смущенно добавил он. — То есть деньги у меня есть, конечно. Мне просто не дали этого сделать.</p><div class="hvmask" id="block-2"><p>[nick]Эмиль[/nick][icon]https://upforme.ru/uploads/0016/eb/73/10/94397.jpg[/icon][info]&lt;hr&gt;&lt;b&gt;Полное имя:&lt;/b&gt; Эмиль Барон &lt;br&gt;&lt;b&gt;Возраст:&lt;/b&gt; 30 лет &lt;br&gt;&lt;b&gt;Статус:&lt;/b&gt; простолюдин, слуга &lt;hr&gt;&lt;i&gt;Барон без баронства&lt;/i&gt;&lt;br&gt;&lt;br&gt;[/info]</p></div> mybb@mybb.ru (Rotondis) Sun, 19 Jul 2026 15:14:00 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=76002#p76002 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=75977#p75977 <p>Дорогой супруг, поздравляю с днем рождения!&#160; &#160; &#160; &#160;<a href="https://upforme.ru/uploads/0016/eb/73/6/165109.jpg" rel="nofollow" target="_blank"><img class="postimg" loading="lazy" src="https://upforme.ru/uploads/0016/eb/73/6/t165109.jpg" alt="https://upforme.ru/uploads/0016/eb/73/6/t165109.jpg" /></a></p> mybb@mybb.ru (Эмили) Sat, 04 Jul 2026 23:52:15 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=75977#p75977 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=75935#p75935 <p>На вкус похлебка мамаши Пико оказалась почти неотличимой от воды, и Алехандро, чертыхнувшись, полез в седельную сумку за солью. И на вспышку Алонсо, казалось, не обратил внимания:</p> <p>— Мы будем здесь ночевать, — подтвердил он. — К сожалению, нам предстоит еще долгий путь, как бы я ни хотел его сократить.</p> <p>Возмущение Алонсо он хорошо понимал и даже отчасти разделял, но браниться при чужих!.. А впрочем, может, так было и лучше: юная м-ль Катарина очевидно считала его таким же своим врагом, как Йозефа, а значит, советовать ей вести себя хорошо было некому. Справится ли Алонсо?</p> <p>— Это было очень правильно — упрекать меня по-каталански, — сказал он на том же языке, но с раздражением в голосе, как если бы бранил кузена, а не хвалил его. — Я буду говорить так, как будто я очень тобой недоволен! Отвечай так же, а потом — да, потом! — он чуть повысил голос, словно предупреждая возражения, — мы выйдем и поговорим по существу. Ты как, веришь, что у нашей хозяйки все отобрали?</p> <p>Плевать ему было, почему хозяйка не досчиталась куриц и гуся, на ужин им хватит, а с остальным пусть разбирается сама, а на случай погони лучше будет, если она будет им признательна. Но ругаться надо было о чем-то, а в перебранке человека ни в чем не убедишь.</p><div class="hvmask" id="block-3"><p>[icon]https://upforme.ru/uploads/0016/eb/73/7/t704074.jpg[/icon][info]&lt;hr&gt;&lt;b&gt;Полное имя:&lt;/b&gt; Алехандро де Кабрера &lt;br&gt;&lt;b&gt;Возраст:&lt;/b&gt; 23 года &lt;br&gt;&lt;b&gt;Статус:&lt;/b&gt; марран по своей воле &lt;hr&gt;&lt;i&gt;Верен себе&lt;/i&gt;&lt;br&gt;&lt;br&gt;[/info]</p></div> mybb@mybb.ru (Алехандро де Кабрера) Thu, 25 Jun 2026 17:20:41 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=75935#p75935 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=75732#p75732 <p>Вот это поворот! Джайлс удивлённо посмотрел на Эмили. Он-то хотел сыграть рыцаря, спасти даму от неприятностей. А теперь она сама прыгала в эту пучину, да ещё с разбега. Впрочем, что сделано, то сделано. Да и то, что цепочку забрала Эмили, было очень удобно. Сам он едва бы смог это сделать с обеими занятыми руками. Он даже на секунду подумал, не вернуться ли в лавку и на пару часов оставить свою покупку у мэтра Себастьяна. Но потом решил, что вряд ли они сильно задержатся. Просто предупредят господина де Пельрена и разойдутся по своим делам.</p> <p>— Ваша светлость, да разве бы я мог отказаться? — улыбнулся Джайлс.</p> <p>Они распрощались с нервной госпожой де Пельрен, оставив её шмыгающей носом у лавки, и направились прямо навстречу приключениям.</p> mybb@mybb.ru (Джайлс Броутон) Sun, 31 May 2026 11:24:39 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=75732#p75732 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=75539#p75539 <p>— Ваше печенье прекрасно! — едва дожевав, молодой человек тут же потянулся за следующим. — Прекрасно… прекрасно как… как вы! — Золотистая ракушка замерла у самых его усов, легкой тенью обрамлявших контур чувственных губ, а взгляд вдруг устремился к трещине на потолке. — Знаете, что сказал бы мой брат? Он сказал бы, что господин Буше — счастливейший человек на свете! И был бы прав!</p> <p>Произнося эти слова, он неожиданно пристально взглянул на Мадлен, и на его лице возникло выражение легкого удивления, как если бы дежурный этот комплимент заставил его присмотреться к собеседнице и по-настоящему оценить ее внешность. Опомнился он, впрочем, очень быстро:</p> <p>— Благословение Гинекея да пребудет над вашим домом!</p> <p>Судя по оторопи в глазах Луизы, в греческой мифологии не разбирался не только он.</p><div class="hvmask" id="block-4"><p>[nick]Симон Армюр[/nick][icon]http://upforme.ru/uploads/0016/eb/73/165/357653.jpg[/icon][info]&lt;hr&gt;&lt;b&gt;Полное имя:&lt;/b&gt; Симон Армюр &lt;br&gt;&lt;b&gt;Возраст:&lt;/b&gt; 20 лет &lt;br&gt;&lt;b&gt;Статус:&lt;/b&gt; мещанин &lt;hr&gt;&lt;i&gt;Вся жизнь — игра!&lt;/i&gt;&lt;br&gt;&lt;br&gt;[/info]</p></div> mybb@mybb.ru (Поль Буше) Sun, 10 May 2026 01:41:38 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=75539#p75539 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74954#p74954 <p>Продолжение темы: <a href="https://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?id=1179">Реклама. Часть XXXXIII #2</a></p> mybb@mybb.ru (Система) Mon, 23 Feb 2026 21:26:43 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74954#p74954 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74860#p74860 <p><span style="font-style: italic">По мотивам поста выше — вдруг пригодится персонажам, говорящим по-английски</span></p> <p>Слово <span style="font-style: italic">pussy</span> в &quot;наше&quot; время не имеет негативных коннотаций и вообще не означает женский низ.</p> <p>С конца XVI в. слово <span style="font-style: italic">pussy</span> употреблялось по отношению к девочкам и женщинам как ласковое. Отец вполне мог назвать так дочь. Также называли женоподобных молодых людей. Негативную окраску <span style="font-style: italic">pussy</span> получило только в конце XIX в.</p> <p>Очевидно, источник этого ласкового прозвища — &quot;котенок&quot;, &quot;кошечка&quot; в самом прямом смысле слова (в отличие от французского <span style="font-style: italic">la chatte</span>, которое уже стало двусмысленным). <span style="font-style: italic">Pussy</span> — уменьшительно-ласкательное от <span style="font-style: italic">puss</span>, &quot;кошка&quot;, общего для германских (и шире — для индоевропейских) языков слова. <span style="font-style: italic">Puss</span>, как считается, звукоподражательное, от &quot;псст... псст...&quot;, звука, которым подзывают кошку. Дети называли словом <span style="font-style: italic">pussy</span> все мягкое и пушистое.</p> <p>В адаптации для текста на русском <span style="font-style: italic">pussy</span> — это &quot;котенок&quot;, &quot;котик&quot;, &quot;лапушка&quot; и другие ласковые слова. А вот словом <span style="font-style: italic">puss</span> женщину в &quot;наше&quot; время называли, только если хотели оскорбить. Применительно к человеку, это &quot;кошка&quot; в негативном смысле: распутная, как кошка и т.п.</p> <p>Ну и, к слову, русское лаковое или насмешливое &quot;пуся&quot;, &quot;пуська&quot; не родственно английскому <span style="font-style: italic">pussy</span> со значением &quot;кошка&quot;, но, возможно, родственно кельтскому <span style="font-style: italic">pus</span> — &quot;губа&quot;, &quot;рот&quot;. Тогда оно пришло из французского (ср. &quot;безе&quot;, поцелуй) через польский (<span style="font-style: italic">buzia</span> — &quot;губа&quot;, &quot;рот&quot;) и беларуский — &quot;буся&quot;, &quot;буська&quot; (&quot;поцелуй&quot; и ласковое обращение к ребенку, женщине) — с оглушением первого согласного. Но, возможно, &quot;пуся&quot; возникло в русском и как сокращение от &quot;лапочка&quot; — &quot;лапуся&quot; — &quot;пуся&quot;.</p> <p><a href="https://www.etymonline.com/word/pussy" rel="nofollow" target="_blank">Источник</a></p> mybb@mybb.ru (Rotondis) Sun, 15 Feb 2026 16:08:09 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74860#p74860 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74851#p74851 <p>Не успели они очутиться за дверями тронного зала, как донья Каталина вдруг остановилась, вынула платок и принялась так яростно тереть себе лоб, словно хотела снять с него кожу. И отец Эрнандо открыл уже рот, чтобы спросить, в чем дело, но его опередили:</p> <p>— Милая моя, — двери вновь скрипнули, и к ним вышла донья Инес, — с королевскими поцелуями так не поступают. Идемте, идемте, — она взяла девушку под руку.</p> <p>— На что мне его поцелуи? — неожиданно зло прошептала индианка. — Он не сказал ни слова, не осудил этого человека, не вынес ему приговора. Ради чего все это было?</p> <p>— Его величество только что оказал вам высшую милость из всех возможных, — ласково улыбнулась донья Инес. — Я уверена, дело решится в вашу пользу. Где вы сейчас живете? — графиня Оливарес устремила взгляд на юношу.</p> <p>— В иезуитской миссии, ваша милость, — склонил голову метис.</p> <p>— Что ж, я буду знать, где вас искать, — донья Инес отпустила руку девушки и вновь улыбнулась. — Мне бы хотелось заказать портрет дочери. Возьметесь? — метис поклонился еще ниже, а графиня продолжила: — Вы ведь из Лимы? Мой отец, дон Гаспар, был вице-королем Перу.</p> <p>— Дон Гаспар был хорошим человеком. Его смерть опечалила нас всех. Я буду рад оказать услугу его дочери, — юноша благоговейно взял протянутую ему руку, но едва лишь коснулся ее губами — донья Инес отняла ее, легонько погладила метиса по щеке и склонилась к самому его уху, что-то шепча.</p> <p>Юноша ахнул, схватился за булавку на своей накидке, точно собираясь раздеться.</p> <p>— Ваш орден очень хорошо поступил, позаботившись об этих детях, отец мой, — графиня кивнула на прощание отцу Эрнандо.</p> <p>— Что она вам сказала? — быстро шепнул монах, едва донья Инес вернулась в зал.</p> <p>— Что у ее служанки Хуаники точно такая же накидка, — понурился метис.</p> <p>— Только не говорите мне, что это предмет женского гардероба, — с внезапным подозрением взглянул на него отец Эрнандо. — Идемте, идемте, — он поторопил своих подопечных и своих братьев. — О решении Его величества нам сообщат позже.</p><p style="text-align:center;">***</p> <p>Ответ из канцелярии Лермы пришел неожиданно быстро: и недели не прошло. Сводился он к тому, что дело весьма непростое, что необходимо выслушать и вторую сторону — то есть, обвиняемого, а это затруднительно, поскольку он находится в колониях и не может оставить своих прихожан, кои без пастыря — ежечасно рискуют отпасть от веры. О деньгах или какой-либо иной помощи пострадавшим — в письме не было ни слова.</p> <p>— Нет, как подарить новое поместье фавориту — так деньги у него есть, — кипятился отец Эрнандо. — А как назначить ренту или какую-нибудь стипендию этому мальчишке, который теперь без помощи аптекаря даже в уборную сходить не может — так сразу: &quot;извините, казна пуста&quot;.</p> <p>— Право, я вас не понимаю, — улыбнулся отец Николас, зашедший к нему на партию в шахматы. — Вы ведь, кажется, сами не хотели, чтобы этому делу дали ход?</p> <p>— Я уже сам не знаю, чего хочу, — сердито фыркнул отец Эрнандо. — И девочке, к слову, тоже не помешало бы приданое, такое, чтобы досужие сплетники даже не смели шушукаться у нее за спиной.</p> <p>— Шушукаться все равно будут, — с той же хитрой улыбкой возразил отец Николас. — И потом, мне показалось, она не очень-то хочет замуж.</p> <p>— Ну, тогда взнос в монастырь, — вяло махнул рукой отец Эрнандо, расставляя на шахматной доске фигурки. — Хоть что-нибудь. Вот, что нам теперь делать с этими детьми? Не отправлять же их обратно, прямо в лапы к Альбадану? И потом, — он жестом пригласил своего коллегу за стол, — сеньору де Сан-Кристобалю больше некуда возвращаться. Не к кому...</p> <p>— Отец Бернардо?.. — насторожился лекарь.</p> <p>— Упокой Господи его душу, — пробормотал отец Эрнандо. — Я на днях получил письмо из Лимы. — То ли возраст, то ли вся эта история его так подкосила. Это случилось вскоре после их отъезда в Испанию, просто письма шли долго...</p> <p>— Вы говорили ему? — отец Николас поднял глаза к потолку, намекая на метиса, чья комната была этажом выше.</p> <p>— Нет. Не могу, — вздохнул отец Эрнандо. — Пока не могу... Как он сегодня?</p> <p>— Да все так же, — лекарь в раздумье взялся за пешку. — Ни хорошо, ни плохо. Впрочем, ничего опасного для жизни.</p> <p>— Ладно, — отец Эрнандо передвинул ладью. — В школе надо расписать часовню, я поговорю с ректором. Попрошу, чтобы этому мальчику заплатили не хуже, чем признанным столичным мастерам. А закончит — пусть ищет себе учителей или покровителей. Не маленький, в конце концов. Справится.</p> <p>— А девочка? — отец Николас замер с фигуркой коня в пальцах, подумал и вернул ее на место.</p> <p>— У нее есть родители, — отрезал отец Эрнандо. — Им и решать.</p> <p>— Вы сердитесь, — рассмеялся лекарь. — Но коль скоро ваша злость не может ничего изменить, вы убеждаете себя, что вам все равно и что судьба этих детей вас больше не заботит.</p> <p>— Сержусь, — печально признал отец Эрнандо. — На короля и на герцога, и ничего не могу с собой поделать. Грешен.</p> <p>— Мне ли напоминать вам, что есть суд рангом повыше? — усмехнулся отец Николас. — Да, кстати, — глаза у него внезапно загорелись, и он переменил тему: — Я читал, у них там в Перу весьма искусные травники, и множество растений, лечебных и ядовитых, о которых в Испании даже не слышали...</p> <p><span style="font-size: 10px">эпизод завершен</span></p> mybb@mybb.ru (Провидение) Sat, 14 Feb 2026 15:40:06 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74851#p74851 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74835#p74835 <p>Алехандро хотел пошутить, но вовремя спохватился: после всех пришедшихся на ее долю испытаний, донья Исабель могла испугаться по-настоящему.</p> <p>— Именно сейчас любые разбойники, если они еще остались на этих землях, будут сидеть тише воды ниже травы, — заверил он. — Пойдемте, выгоним бедных хозяев еще и из их клуни… или как она называется, эта их развалюха?</p> <p>Крестьяне, которых в сарае оказалось около дюжины, считая детей, согласились на новые условия ночевки с той же унылой покорностью, что и на старые, и, молодые люди получили в свое распоряжение сенник, под которым теснились их три лошади и две хозяйских козы.</p> <p>— Подождите минуту, кузина, — Алехандро первым взобрался наверх, но только для того, чтобы оставить там извлеченный из седельной сумки шерстяной сверток. — Я положил вам свое одеяло, нам хватит одного, и у нас с доном Мигелем есть плащи. Мы выйдем, чтобы вы могли лечь… Вы заберетесь сами или вам нужна помощь?</p> <p>Несколько минут спустя оба молодых человека вышли на двор и, не сговариваясь, отошли едва ли не к самым воротам. Разговаривали они тихо и недолго, а когда вернулись, то наверх полез только один из них: разбойников, может, можно было не бояться, но проспать рассвет они совершенно не хотели.</p><div class="hvmask" id="block-5"><p>[icon]https://upforme.ru/uploads/0016/eb/73/7/t704074.jpg[/icon][info]&lt;hr&gt;&lt;b&gt;Полное имя:&lt;/b&gt; Алехандро де Кабрера &lt;br&gt;&lt;b&gt;Возраст:&lt;/b&gt; 23 года &lt;br&gt;&lt;b&gt;Статус:&lt;/b&gt; марран по своей воле &lt;hr&gt;&lt;i&gt;Верен себе&lt;/i&gt;&lt;br&gt;&lt;br&gt;[/info]</p></div> mybb@mybb.ru (Алехандро де Кабрера) Fri, 13 Feb 2026 04:51:48 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74835#p74835 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74800#p74800 <p>Анрио вздохнул с облегчением и снова уселся.</p> <p>— Простите, пожалуйста, — смущенно проговорил он. — Я боялся… Все-таки я же не сказал сразу… но у меня и шпаги нет…</p> <p>Пальцы его коснулись было стоявшей перед ним кружки и снова отдернулись, когда память услужливо подсказала, что шпаги у него не было потому лишь, что он шел в церковь. Но ведь новые его друзья никак не могли знать, что обычно он притворялся дворянином… Ах, нет, он ведь и назвался…</p> <p>— Мне разрешили называться Анри де Дампьером, — поспешно пояснил он. — Мой… даже не знаю, как его назвать… В общем, шевалье, который меня нашел.… Он затем и приехал, только сначала не сказал, чтобы поглядеть на меня сперва, а потом сюда привез, к своей родственнице, чтобы я… &quot;несколько пообтесался&quot;. Но мне кажется… мне кажется порой, что дело не только в этом.</p> mybb@mybb.ru (Анрио) Mon, 09 Feb 2026 22:55:49 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74800#p74800 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74661#p74661 <p><strong>1920</strong>, поставлено, успехов на новом месте!</p> mybb@mybb.ru (Richelieu) Fri, 30 Jan 2026 05:05:02 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74661#p74661 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74362#p74362 <p>Перед тем, как уехать с той проклятой фермы, разрушившей ее счастье, Исабель ненадолго поднялась наверх. В ТУ САМУЮ комнату. <br />На сей раз она поднялась туда без рыданий, тихо и в благоговейном молчании, как будто перед святыней. И дверь она отворила тихо-тихо, стараясь, чтобы та не заскрипела и чтобы ни одна половица не двинулась под ее легкой стопой. <br />Как будто она боялась потревожить покой того, кто здесь лежал. <br />Милый Роберто все так же лежал на тюфяке. Кровь давно перестала течь и уже засыхала бурыми пятнами на полу. Исабель вытащила из рукава свой вышитый носовой платок и осторожно накрыла лицо милого, искаженное смертной мукой. Теперь ему не больно. <br />Она прочитала молитву за упокой его души. Конечно, правильнее всего было бы похоронить его не здесь, а где-нибудь на приличном кладбище, под молитвы священника, но что может она, слабая женщина? Она даже не сможет с ним остаться теперь, когда все мужчины - те, что были из благородных, - решили ехать в дом местного сеньора. Ничего, как только она доберется до церкви, непременно закажет мессы по любимому. <br />Тут Исабель вспомнила, что у нее нет денег. Все свои небольшие средства она отдала старухе, и у нее оставалась только<br />висящая на шее тонкая золотая цепочка с ладанкой - подарок отца, - да сумка с вещами. Конечно, можно бы потребовать деньги от старухи назад, тем более, что никакого побега та ей не устроила, - но ругаться с крестьянкой как-то было не очень совместимо с дворянской честью. <br />И тут Исабель точно въяве услышала голос милого Роберто, который напоминал ей, что спрятал немного денег в своей одежде. Точно отлетевший возлюбленный решил позаботиться о ней напоследок. <br />Внизу продолжались сборы к отъезду. Тогда Исабель с удивившей ее саму решительностью ощупала одежду мертвеца и ощутила монеты, зашитые под подклад. Она заблаговременно успела достать из своей сумки небольшой холщовый мешочек с необходимыми в пути вещами и прицепить его к своему поясу. И вот теперь, порывшись в нем, девушка с удовлетворением вытащила небольшие дорожные ножницы в кожаном футляре и катушку ниток с иглой. <br />Быстрыми и ловкими движениями опытной швеи Исабель отпорола подклад и вскоре стала обладательницей некого количества монет, которые пересыпала в свой кошель. Затем наскоро пришила подклад обратно - незачем солдатам видеть, что она что-то делала с этой одеждой, да и умерший Роберто должен предстать перед престолом Всевышнего в приличном виде, а не как какой-то оборванец. <br />-Спасибо, любимый! - тихо шепнула Исабель. -Ты там, в Царствии Небесном, пожалуйста, вспоминай меня. Я знаю, что там много умерших знаменитых красавиц, и может быть, они в тебя влюбятся, ведь ты так хорош и благороден. Но ты, пожалуйста, все-таки не забывай бедную Исабель, которая сильно любит тебя. Ты подожди. Я постараюсь прийти к тебе. Прощай. <br />Поразмыслив, девушка вытащила одну монету и отложила ее в сторону. И когда, навеки закрыв за собой дверь, она спустилась вниз, то подошла к тем солдатам, что должны были остаться на ферме, чтобы охранять ее и наводить там порядок. <br />-Благородные сеньоры, - сказала она. - Я знаю, что вы здесь останетесь и, вероятно, будете погребать мертвых. От всей души прошу вас, как только может попросить несчастная вдова, позаботиться о теле моего супруга, сеньора Вивальдо, и похоронить его как полагается. И прошу вас не хоронить его рядом с разбойниками, которые его убили.&#160; Я буду за вас молиться. Да благословит вас Создатель. <br />С этими словами она сунула им монетку за труды и, дождавшись их заверений, что все будет сделано, как полагается, отправилась в путь. <br />Поглощенная своим горем, Исабель мало что замечала вокруг и новой фермы даже не видела, когда ее внимание внезапно привлек кузен, который посетовал на свое состояние и заявил, что не сможет уехать. <br />Исабель встревожилась. Она и так была сама не своя от нервов и теперь никак не могла оставить человека, который за недолгое время их знакомства стал ей хотя бы немного близок. <br />Тем более, что вместе с ним решил остаться и этот самый дон Мигель, которого его кузен, по его же словам, очень плохо знал. А дон Мигель чем дальше, тем больше казался Исабель очень странной личностью. И она решила не выпускать его из поля зрения, к тому же это позволяло ей хоть немного отвлечься от собственных бед. <br />Дон Гаспар был так странно грустен и подавлен, что это не могло не удивить юную дворянку. Он как будто прощался с любимой девушкой навек! Уж Исабель знала такое выражение лица у мужчин. Но других девушек рядом не было, а она могла поклясться, что дон Гаспар ею совсем не интересуется. Это была еще одна загадка для ее пытливого ума. <br />Странно все происходящее, очень странно. А в сущности, она ничего о них не знает... <br />Поэтому Исабель, конечно же, тоже попрощалась с доном Альфонсо и доном Гаспаром и изъявила желание поехать вместе с кузеном. И, легонько потянув поводья Лютика, она направила мерина в сторону незнакомой фермы.</p> mybb@mybb.ru (Исабель) Wed, 07 Jan 2026 07:33:05 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=74362#p74362 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=73814#p73814 <p>Продолжение темы: <a href="https://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?id=1173">Реклама. Часть XXXXII #2</a></p> mybb@mybb.ru (Система) Tue, 18 Nov 2025 08:01:19 +0300 http://francexvii.rusff.me/viewtopic.php?pid=73814#p73814