Желание, плавящее не слова уже – мысли. Поток золотых ее волос, как рифмы, рассыпавшиеся между пальцев.

Нестерпимая горечь в горле – горечь ошибки.

Терпкий вкус вины.

На самой границе сознания, куда не достигает снедающий тело жар, где не горит огонь страсти – ночь.

Невозможно думать в ее объятиях, дважды невозможно думать после того, что она рассказала – о том, что она рассказала.

И когда, на гребне желания, он потянулся привычно туда, откуда приходили слова, рифмы, мысли, позволявшие ему удержаться – как волна замирает в высшей точке – он нашел, нащупал лишь пустоту. Тьму. Безмолвие.

Мир раскололся сполохом разлетающегося под камнем витража.

Он выпрашивал потом прощение – за все и за себя, вместе, и по отдельности. Слова пришли позже. Без рифм, без мыслей.

        Не говорили мне, что так бывает,
        Что женщина как ночь приходит. Сонм
        Кошмаров душит душу, ни звезды нет,
        Не вифлеемской – хоть бы путеводной,
        И пахнет гарью, и во рту – вкус пепла,
        И пеплом припорошен путь к рассвету,
        Который не настанет. Не надейся.

Ерунда какая-то, одно слово.

И утром он извинился еще раз. Не сказав, за что.

Эпизод завершен

Отредактировано Теодор де Ронэ (2016-08-21 21:10:38)