Отвечать на этот выпад его величество не посчитал достойным. Превзойти Гастона в завуалированных оскорблениях ему было явно не под силу, прибегать же к повторным угрозам он счел шагом недостойным. Ничего иного в голову ему не приходило.

- Это все, что вы желали мне сообщить, брат мой? - Людовик повернулся лицом к окну и заложил руки за спину, всем видом демонстрируя, что желает завершить аудиенцию.

Он поморщился, подумав, что случайность - или Провидение - способны оставить Францию в руках этого взбалмошного юнца, чье тщеславие, по его убеждению, не соответствовало серьезности намерений. Любимец матери, не помнивший отца, не страдавший от наглых выходок флорентийского временщика, что мог он знать о тяжести, с которой венец пригибал к земле голову. Гастон был отнюдь не глуп, но, словно в пику королю, не проявлял ни малейшего понимания к бремени, легшего на его плечи в слишком нежном возрасте. И, что самое досадное, не находилось ни единого способа преодолеть разлад, отравлявший жизнь в семействе.

Подпись автора

Gesta Dei per Francos.